Председатель. — Когда вы были, сумма была 825 тысяч.
Маклаков. — Я вам докладываю — около 700 тысяч.
Председатель. — Вы говорите — было бюро, циркуляры которого с удовольствием печатали, чтобы не платить сотрудникам «бюро русских журналистов» 64 тысячи?
Маклаков. — Какой-то профессор был во главе.
Председатель. — А на что член государственной думы Бобринский получил 60 тысяч?
Маклаков. — На «Галицкую Русь». Он чуть в тюрьму не попал из-за этого. Он в пользу России вел пропаганду на православной почве. Эти деньги отпускались при покойном Столыпине.
Председатель. — А Степанова-Дезобри?
Маклаков. — Ее я вычеркнул, потому что до меня дошли сведения, что она или ее муж, или близкий ей человек, ведет крупную игру на тотализаторе на бегах или на скачках, что тут прямой шантаж.
Председатель. — А вам неизвестно было, что она в начале войны заняла точку зрения на войну, совершенно особливую?
Маклаков. — Я ее никогда не видал.