Комиссаров. — Начальником был Герасимов. Первый месяц, когда я там был, был Кременецкий.
Председатель. — Вы ушли вместе с Герасимовым, приблизительно?
Комиссаров. — Приблизительно, да. Он ушел после меня.
Председатель. — Что вам известно по вашей службе о провокации в русском политическом сыске?
Комиссаров. — Когда я попал в охранное отделение в первый раз, то я, понятно, там абсолютно ничего не делал, потому что перешел туда из строя и ни о чем понятия не имел. Потом, когда я во второй раз перешел туда из департамента полиции, там был Модель [надо: «Модль»], который был помощником начальника охранного отделения. Когда он перешел в помощники московского градоначальника, я занял его место. Я, как помощник, заведывал всей канцелярией, т.-е. всей перепиской, какая была в охранном отделении, и всеми докладами. Агентурой же лично, т.-е. сношениями с революционными организациями, я абсолютно за эти два года не заведывал. Заведывали по партии с.-р. Кулаков, Доброскок, а по партии с.-д. Еленский и, кажется, Долгов. Остальную агентуру вел Герасимов.
Председатель. — Какую остальную?
Комиссаров. — Более крупную, центральную агентуру.
Председатель. — Вы можете сказать, кто именно из крупных агентов был в ваше время у Герасимова?
Комиссаров. — В мое время был Азеф.
Председатель. — А кроме Азефа?