Комиссаров. — Не будете ли вы добры напомнить мне?
Председатель. — Вам ничего не говорит кличка «Тит»?
Комиссаров. — Я сам писал в департамент, — сейчас хорошо не помню, но знаю, что я сам потребовал, чтобы его убрали вон. Я узнал, что этот Тит служит в Казани и что начальник казанского управления хотел иметь его у себя. Я тогда запротестовал и написал в департамент полиции, что считаю это совершенно недопустимым.
Председатель. — Почему?
Комиссаров. — Что же убийцу держать.
Председатель. — А к какому времени относилось совершенное убийство?
Комиссаров. — Я узнал об этом совершенно случайно. Когда я был в Казани, я рассматривал там дела и увидел, что, действительно, там был такой тип. Я запросил.
Председатель. — Вы заглянули в дело и убедились, что этот человек убил другого и что это дело замяли?
Комиссаров. — Да. Я написал об этом начальнику казанского управления, который отнесся к этому совершенно добродушно, спокойно. Я возмутился и написал в департамент полиции.
Председатель. — Этот убийца был до вас секретным сотрудником в Саратове?