Виссарионов. — Главным образом, конечно, директор руководил.
Председатель. — Тут трудно сказать, кто главным образом. Но в чем заключалось руководство?
Виссарионов. — На свидании он обыкновенно рассказывал.
Председатель. — Эти свидания происходили в конспиративной квартире?
Виссарионов. — Нет, в ресторанах.
Председатель. — Вы или Малиновский как-нибудь маскировали себя?
Виссарионов. — Особенного ничего не требовалось; были в отдельном кабинете одного из ресторанов и, за ужином, беседовали. Он рассказывал, что происходило. Эти сведения отмечались, записывались в дневник. Директор говорил, что было бы желательно то-то и то-то сделать, т.-е. он поддерживал этот разговор.
Председатель. — Вы осведомлялись о речах Малиновского раньше, чем они были произнесены, и по поводу их содержания. Малиновский с вами беседовал?
Виссарионов. — Я вам доложил, что он отступал от того предположения, которое у него было, и произносил далеко не то, что он думал.
Председатель. — Т.-е. не то, что он думал, а то, что вы думали? Он отступал от директив, которые вы ему давали?