Спиридович. — Нет, не помню.
Председатель. — Ащину было выдано удостоверение 20 сентября, что он принят на службу, это не по высочайшему приказу, не по приказанию Воейкова, вы сами ходатайствуете.
Спиридович. — Опять-таки, надо найти списки, потому что я не помню этой фамилии.
Председатель. — Итак, Ащин, Церингер и Калугин. (Передает список.)
Спиридович (просматривая список). — Разрешите, здесь есть документ относительно Калугина. Это должно быть так было: Герарди обратился к дворцовому коменданту, а дворцовый комендант приказал мне. И я исполнил приказание. От Герарди шло представление не мне, а дворцовому коменданту.
Председатель. — Дворцовый комендант распорядился о зачислении, и по спискам он значится.
Спиридович. — По спискам я еще не нашел. Вот Ащин, — относительно него я, очевидно, в Ставке получил приказание. Меня спрашивают из канцелярии, куда послать документы. Я послал телеграмму.
Председатель. — Кто такой Салтаев?
Спиридович. — Салтаев начальник моей канцелярии.
Председатель. — Но вы не отрицаете того, что эти два лица, числящиеся у вас агентами без жалованья и на этом основании освобожденные от призыва в войска, в сущности у вас не служили?