Золотарев. — Нет, я говорю отменить недолго: взять и написать — инструкция отменяется, — недолго, но ведь ее нужно было заменить новым положением.
Иванов. — По чьим инициативам были созваны при вас съезды?
Золотарев. — Я этого точно сказать не могу. Может быть, по инициативе министра.
Иванов. — А под чьим председательством, не помните — Виссарионова?
Золотарев. — Я председательствовал. Виссарионов был в подкомиссиях.
Иванов. — Ах, под вашим председательством. Эта инструкция не была пересмотрена на съездах?
Золотарев. — У нас были общие положения. Я высказывал, конечно, свой взгляд.
Председатель. — Как вы относились к тому основному вопросу, что лицам, которые должны были бы быть арестованы, выплачивалось жалованье и допускалось, чтобы они развивали свою деятельность и принимали участие в организациях? Как вы относились к положению, что учреждение, которое должно пресекать преступления, в сущности говоря, разводило эти преступления, с которыми на местах вы, как прокурор суда, боролись?
Золотарев. — Если разделить на два вопроса, то основное предложение: допустимо ли вообще пользоваться за денежное вознаграждение сведениями, даваемыми лицами, заведомо принадлежащими к революционной организации?
Председатель. — И продолжающими там работать.