Золотарев. — На совещании этот вопрос, конечно, выставлялся, но не в такой форме, что оно должно решить, что агентура не должна существовать.
Председатель. — Будем говорить не о совещании, но в обыденной действительности, в департаменте полиции?
Золотарев. — В практике, в применении, иногда предусматривались дела и расследования,[22] которые производились; в то же время, когда я был товарищем министра, они не производились.
Председатель. — Но вообще?
Золотарев. — Как осуществлялось в жизни, в действительности то, что было признано не подлежащим немедленному устранению?
Председатель. — Возьмем как отдельный пример дело Малиновского. Что вам известно о том, как Малиновский, агент департамента полиции, стал членом Государственной Думы?
Золотарев. — Ничего не известно.
Иванов. — По делу Малиновского вам никогда не докладывали?
Золотарев. — Ведь выборы в Гос. Думу были во время моего отсутствия, я был за границей. Как производились выборы в Гос. Думу, как попал Малиновский — об этом я не знаю. Затем, я вернулся, это было в ноябре месяце 1912 года, но от этого дела я отошел. Вообще об именах агентов мне не докладывалось, я не интересовался, интересуясь только данными дела, которое мне докладывали.
Председатель. — Были вам доклады в связи с прохождением в Думу Малиновского?