Озрик. Нет, оставьте, уверяю вас! Мне так лучше, уверяю вас! Сэр, на днях к здешнему двору прибыл Лаэрт, настоящий джентльмен, полный самых законченных достоинств, обаятельный в обращении и прекрасной наружности. Не шутя, если говорить картинно, это справочник и указатель благородства, ибо в нем заключено все, что полагается знать светскому человеку.
Гамлет. Сэр, он ничего не потерял в вашем определении. Хотя, думаю я, описание его по частям затруднило бы память, заставив ее едва тащиться за его достоинствами, однако скажу с искренностью прославителя: это существо высшей породы и такое редкое, что, по совести, с ним сравнимо только его собственное отражение, а его подражатели – только его слабые тени, не больше.
Озрик. Ваше высочество говорите о нем очень верно.
Гамлет. Куда вы гнете, сэр? Зачем оскверняем мы этого джентльмена своими грубыми разговорами о нем?
Озрик. Сэр?
Горацио. Нельзя ли сказать это прямее? Право, постарайтесь, милостивый государь.
Гамлет. К чему приплели вы этого джентльмена?
Озрик. Лаэрта?
Горацио (вполголоса Гамлету). Вы замечаете, как он выдохся? Все золотые слова истрачены.
Гамлет. Да, Лаэрта, сэр.