— Ты пишешь писарскимъ почеркомъ, женщина не должна такъ писать. Это не принято. Садись!
Классъ кончился.
— Mesdames, Скрипицына сказала Крыловой: ты, — кричали дѣвочки другъ другу.
— Почему она сказала ей: ты? Не будетъ ли она и намъ говорить: ты?
— Я сама скажу ей: ты! Меня maman возьметъ послѣ этого изъ ея пансіона.
— Меня и то бранили за то, что я рубля мѣдными деньгами не могу отсчитать.
Приходъ жиденькой гувернантки и начало рукодѣльнаго класса прервали этотъ шумъ, въ которомъ Варя, по обыкновенію, играла роль безмолвнаго существа, что начинаетъ тревожить меня за ея умственныя способности. Въ половинѣ класса явилась Скрипицына и спросила работы Вари. Осмотрѣвъ разныя вышитыя подстилки подъ колокольчики и лампочки, бисерные кошельки и воротнички, наставница сдѣлала нѣсколько замѣчаній и, когда классъ кончился, сказала Варѣ:
— Иди обѣдать съ пансіонерками!
Варя повиновалась, не спрашивая ничего, ни о чемъ не разсуждая. Послѣ обѣда начались вечернія занятія; Варя снова подверглась экзамену; кончился и онъ, дѣвочка собралась идти домой.
— Иди заниматься съ пансіонерками! — приказала содержательница школы.