— Пожалуйста, оставь привычку оправдываться. Я ее уже не разъ замѣчала въ тебѣ. Сознаніе своей вины, раскаяніе — лучшія оправданія. Въ женщинѣ должна быть покорность и покорность. Ты должна учиться принимать дѣльныя наставленія, должна дорожить ими. Время летитъ и, можетъ-быть, придетъ пора, когда я не въ силахъ буду подать тебѣ совѣтъ, протянуть руку помощи. Скрипицына впала въ элегическій тонъ.
— Но знаете ли вы, что…
— Все, все знаю и не браню тебя. Теперь шей и будь осторожна.
Варя нахмурила брови, взглянула исподлобья на наставницу и опустила голову; въ эту минуту было ясно, что она дурная, злая дѣвочка. Ея лицо было непріятно, въ ея глазенкахъ горѣлъ зловѣщій свѣтъ.
— Что, выслушали проповѣдь? — засмѣялся кадетъ по удаленіи сестры.
Ему не отвѣчали.
— Послушайте, не дуйтесь! Будемъ друзьями.
Варя молчала, кадетъ посвистывалъ.
— Ну, хотите, я вамъ что-нибудь почитаю?
Отвѣта не было. Кадетъ еще посвисталъ и побарабанилъ пальцами, что онъ дѣлалъ весьма ловко.