— Умниками! отвѣтили дѣти, ласкаясь къ отцу. — Ты игрушекъ привезъ?
— Привезъ, привезъ всего! небрежно отвѣтилъ отецъ. — Сперва позавтракаемъ, а потомъ разберемъ все.
Онъ прошелъ въ свой кабинетъ умыться и переодѣться, потомъ прошелъ въ комнату жены, находившуюся рядомъ съ его кабинетомъ. Тамъ все было въ безпорядкѣ. Утренняя блуза жены лежала на полу, ящички туалета были открыты, около кушетки на коврѣ лежала оброненная его женою книга. Это поразило его. Онъ не зналъ, чему приписать этотъ безпорядокъ. Въ его домѣ этого не допускалось.
— Вы, Даша, еще не убирали комнату барыни? спросилъ онъ горничную, выходя въ столовую.
— Нѣтъ-съ, убирала, Владиміръ Аркадьевичъ, отвѣтила горничная.
— Тамъ все разбросано, сказалъ онъ. — Что за безпорядокъ!
Горничная съ недоумѣніемъ взглянула на него и проговорила:
— Не знаю-съ!
— Ну, давайте завтракать! сказалъ онъ, садясь съ дѣтьми за столъ.
Дѣти болтали безъ умолку, но отецъ слушалъ ихъ уже разсѣянно. Его какъ-то помимо его воли тревожили вопросы, зачѣмъ его жена ушла по черной лѣстницѣ, почему у нея въ комнатѣ такой безпорядокъ, куда она могла уйдти до завтрака, не приказавъ нанять себѣ экипажа, пѣшкомъ? Онъ столько разъ твердилъ ей, что порядочныя женщины не ходятъ пѣшкомъ однѣ. Завтракъ былъ конченъ, началось развязыванье и разсматриванье багажа. Черезъ нѣсколько минутъ привезли еще нѣсколько чемодановъ. Дѣти суетились, прыгали и смѣялись около этихъ бауловъ, саковъ и ящиковъ, но отецъ уже былъ хмуръ и неразговорчивъ.