— Мы, Ваня, по рюмочкѣ пропустимъ? — съ добродушнымъ подмигиваньемъ спросилъ священникъ.
— Отчего не пропустить съ дороги, — разсмѣялся сынъ.
— Ну что, какъ у васъ тамъ насчетъ Польши слышно, — началъ священникъ, стараясь на первыхъ порахъ занять сына городскими умными разговорами.
— Ничего, теперь тихо все! — отвѣтилъ сынъ.
— Охъ, не вѣрится мнѣ что-то, — съ сомнѣніемъ покачалъ головою священникъ. — Врага мы себѣ въ ней нажили. Только убытки она намъ приноситъ, да козни строитъ. И отчего бы не написать имъ въ Европу письмо, чтобы хоть англичанинъ взялъ ее на аренду? А чтобы они насъ и тогда не безпокоили, выставить бы на границу три милліона войска, ну, тогда и тягайся съ нами.
Иванъ Григорьевичъ усмѣхнулся,
— Ну, теперь авось и такъ обойдется?
— Дай Богъ, дай Богъ!
— Ну, а что ректоръ семинаріи все тотъ же? — спросилъ сынъ.
— Охъ, я не говори! — вздохнулъ отецъ и началъ горячо и толково разсказывать сыну про ректора семинаріи, про благочиннаго, да про всѣ свои нужды и заботы. Такъ о Польше и не вспоминали болѣе…