И тотчас же цветок исказится,
Поплывет, задрожит, раздробится,
Не цветок — а змея водяная!
Так и Анна — вдруг стала другая…
Исказилось гримасою страха
Все лицо ее, брови вспорхнули,
Бледный рот задрожал на мгновенье,
Но зрачки ее дико блеснули,
И Андрей в них прочел отвращенье!
Отвращенье…