Нагнулись и вынули камень из рук
И тряпкою лоб обвязали.
Смочили водой окровавленный рот,
Потом приподняли за плечи
И вот на руках понесли его вброд
К померкнувшей чаще навстречу.
Замер ветер за рощей туманной,
Еле слышно бормочет ручей,
Неподвижный, глухой, деревянный
Цепенеет в осоке Андрей.