* * *
— Сатья-баджи, Сатья-баджи, иди скорей, иди скорей! Гости идут! Гости идут!
— Где гости? Какие гости? — спрашивает Сатья-баджи. Она стоит на высокой табуретке у окна и прилаживает к окну пестрые занавески. Рукава у нее высоко засучены, волосы растрепаны, весело смеются глаза, и блестят белые ровные зубы. — Какие гости?
Сатья-баджи прибивает последний гвоздь.
— Подождите, подождите, сейчас. Пойди, Бянувша, посмотри, кто там идет.
— Чужие, чужие! — кричат дети. — Мы знаем! Разве ты не видишь? Вон уж совсем дошли. Скорей, скорей!
Сатья-баджи соскакивает с табуретки.
— Ну, разве я могу идти скорей, когда вы меня не пускаете?
— Иди, Сатья-баджи, иди, тебя никто не держит. Кто же тебя не пускает? Кулизадэ! Кулизадэ! Это он толкается и мешает тебе идти.
Сатья-баджи идет, окруженная детьми. Сатья-баджи идет по большой белой комнате прямо к выходу, и вместе с ней идет целая толпа черноголовых стриженых ребятишек. Большая белая комната с белыми кроватями и белыми стенами — это спальня девочек в детском доме. Сатья-баджи — заведующая этим детским домом. А толпа ребятишек? Кто же они такие, эти ребятишки? Как они попали в этот белый дом?