Сатья-баджи ее вымыла, надела на нее такое же беленькое платье, какое было на других девочках, постригла машинкой ее кудластые волосы, и теперь все они сидят перед домом на зеленой лужайке, и тетка Гульзар уже не поджимает губы, а только качает головой и вздыхает: «Стыд потеряли, стыд потеряли!»
Но знаешь, она вздыхает так, как будто бы ей совсем не хочется вздыхать, а Туту от Сатья-баджи переехала к ней на колени и крепко спит.
— Будем ужинать здесь, — говорит Сатья-баджи. — Посмотрите, как здесь хорошо.
И через несколько минут на зеленой траве белеет скатерть, и стоит огромная миска с пловом[5], и дежурные раскладывают плов по тарелкам.
Геймат думает: «Какой праздник празднуют они сегодня?» А тетка Гульзар осторожно, чтобы не разбудить Туту, подносит последнюю ложку ко рту, вытирает пальцами губы и говорит:
— Вай, аллах, как хорошо вы умеете праздновать праздники!
Сатья-баджи удивляется:
— Какие праздники? Это у нас каждый день так.
— Каждый день плов? Каждый день пачкают столько посуды?
Дети смеются. Тетка Гульзар качает головой: