И после, когда раскатился смех ваш фиалкой
По широкой печали, где в туман пустота, -
Почему же забилась продрогшею галкой
Эта тихая грусть в самые кончики рта?!
И под плеткой обид, и под шпорами напастей,
Когда выронит уздечку дрожь вашей руки, -
Позволь мне разбиться на пятом препятствии:
На барьере любви, за которым незрима канава тоски!
У поэта, прогрустневшего мудростью, строки оплыли,
Как у стареющей женщины жир плечей.