- Давно, - ответил я.
- Да и портфель с вами, вы верно рисовали?
- Нет, не рисовал! - и вынул из портфеля рисунок, заказанный ею вчера.
Она долго молча смотрела на рисунок и на меня, потом взяла мою руку, крепко пожала и сказала:
- Благодарю вас, - и будемте знаковыми, хорошими приятелями, а если можно - друзьями. А это, кажется, возможно! - прибавила она, глядя на свою молодую подругу.
- Сядемте, отдохнем немного, - сказала она, и мы все трое сели.
После непродолжительного молчания она обратилась ко мне и сказала:
- А знаете ли, Глафира у меня выиграла сегодня пари. Мы с нею вчера спорили. Я уверяла ее, что вы идиот, а она доказывала противное!
- Благодарю вас, - сказал я младшей, а старшей сказал: - не стоит благодарности, - после чего мы все расхохотались и сошли с типографского крыльца.
Следующую осень прожил я у них в деревне и уже называл их своими родными сестрами, а к концу осени старшую называл уже мамою, а меньшую невестою. Я совершенно был счастлив. Весной они приехали в Киев, но увы! меня уже там не было. Я далеко уже был весною, и о мелькнувшей радости вспоминал как о волшебном очаровательном сне.