- Вечером зайдите!
Ввечеру я зашел.
- Это самая крупная свинья в торжевских туфлях![49] - этими словами встретил меня Карл Павлович.
- В чем дело? - спросил я его, догадавшись, о ком идет речь.
- Дело в том, что вы завтра сходите к этой амфибии, чтобы он назначил цену вашему ученику.
Карл Великий был не в духе. Долго он молча ходил по комнате, наконец плюнул и проговорил:
- Вандализм! Пойдемте наверх, - прибавил он, обращаясь ко мне, и мы молча пошли в верхние комнаты, где помещались его спальня, библиотека и вместе столовая.
Он велел подать лампу. Попросил меня читать что-нибудь вслух, а сам сел кончать рисунок - сепию "Спящая одалиска" для альбома, кажется, Владиславлева.
Мирные занятия наши, однако ж, продолжались недолго. Его, как видно, все еще преследовала свинья в торжевских туфлях.
- Пойдемте на улицу, - сказал он, закрывая рисунок.