Катерина Александровна кидает на нее гневный взгляд, но Аглая Дмитриевна не смущается и спокойно обращается к Тее.
— Вы знаете их лучше всех, — говорит она. — Нет ли у вас каких-нибудь предположений?
— Да, — говорит задумчиво Тея, скрестив руки. — Я и то думаю… вспоминаю. Вечером у них разговоры без конца… и портрет… по том полотенце было… Да, вот оно! полотенце было для неё! — восклицает она.
— Какое полотенце? Для кого?
— Для Онегиной.
Все изумлены.
— Не там ли она? — говорить Тея.
— О, наверное! — восклицает Аглая Дмитриевна. — Она вспоминает принесенную Валентиной большую цветущую ветку белой сирени, по которой класс изучал строение цветка.
Остается только ехать к Онегиной. Доротея Васильевна отправляется, потому что мать Валентины чувствует себя дурно. Отправляется и возвращается с испуганной, виноватой девицей.
Увидев мать расстроенную и в слезах, Валентина бросается к ней на шею. Катерина Александровна делает ей строгий выговор и отсылает в класс.