В полдень (20 июля) 1 августа на военном поле собрались известные военные и учёные того времени. Среди них полковник морского министерства П. Богословский, профессор Морской академии И. Алымов, профессор М. Рыкачёв, известный воздухоплаватель Д. Печковский и другие.
Испытание первого самолёта в воздухе Можайский поручает своему ближайшему помощнику — механику И. Н. Голубеву. Изобретатель даёт последние наставления механику, что и как делать и за чем следить при подъёме аппарата. Всё готово. Аэроплан выкатывают на поле. Чтобы облегчить взлёт, аппарат устанавливают на деревянную наклонную дорожку. Такой приём употребляется и сейчас: для взлёта тяжёлых машин делают бетонную горку. Голубев нажимает на рычаги управления — обороты двигателей и винтов достигают максимума. И вот аппарат побежал по дорожке, развивая всё большую и большую скорость. Ещё миг — и самолёт поднялся в воздух.
Самолёт пролетел над полем и, накренившись, стал опускаться на землю. Как свидетельствуют очевидцы этого первого полёта, самолёт пролетел более двухсот метров, на высоте выше роста человека.
Несмотря на омерзительное чиновничье отношение к трудам Можайского со стороны царского самодержавного правительства и подлые происки иностранцев, окружавших царский двор, победили величие духа и талант замечательного русского человека — Можайского.
Известный русский воздухоплаватель Д. Печковский, присутствовавший при испытании летательного аппарата, писал в те дни:
«Летунья Можайского катится на своих колёсах и затем взлетает, как птица».
Старожилы Красного села, Пётр Васильевич Наумов, Лука Викентьевич Подгайский и Мария Дмитриевна Гусарова, указывали:
«Летом 1882 года на военном поле нашего Красного села действительно была построена летучая лодка морским полковником Можайским и его помощниками Голубевым, Яковлевым и Арсеньевым. Ещё весной, в апреле 1882 года, на военном поле построили высокий забор из досок и сделали ворота. Потом что-то привозили туда и складывали. Кроме Можайского и его помощников, туда никого не пускали. Нас тоже прогоняли, но потом все привыкли к нам и не трогали. Когда машина была построена, сам Можайский садился в неё и несколько раз запускал моторы. Потом машину подняли на покатый настил, сделанный из длинных досок; 20 июля 1882 года на военное поле приехали какие-то важные военные и гражданские начальники. Вскоре открылись ворота, и мы видели, как помощник Можайского Иван Никифорович Голубев сел за машину, к нему подошёл Можайский, что-то ему сказал, и летучка, разбежавшись по доскам, поднялась и полетела. Она летела над полем недолго, примерно немногим больше, чем сто сажен.
Мы видели, как строилась летучка, как она полетела и садилась».
В книге «Авиационный альманах» за 1911 год, изданной в Варшаве по поводу самолёта Можайского, построенного и успешно испытанного в полёте, указывалось, что «аппарат этот является поистине первым аэропланом в современном смысле этого слова. С грустью приходится констатировать тот печальный факт, что как сам изобретатель, так и его летательная машина русским обществом ныне совершенно забыты».