Путь нам кажет Казанова
В тухлой тине, среди крыс!
Финик читает и злится. Со зла дает мне трудную задачу на двойную рифму в четверостишии:
Но пробьем себе мы тропы
В блеск пленительной Европы…
Ну, нет! Такой оптимизм выводит и меня из терпения. Я подписываю:
Но для этой нашей пробы
Нету рифмы…
Финик рвет бумажку.
На раскинувшуюся перед нашим окном гладь лагуны падает закатная тень старой обветшавшей кампаниллы.