— А выручила… баба наша российская — уборщица горсовета, техничка Аннушка… А может быть и Она… Заступница Небесная… Не знаю, я ведь врач, метафизики разные не мое дело…
— Ну, рассказывайте же толком!
— Говорю же — рассказывать нечего! Слушает нас эта Аннушка и говорит: «Никакого оглашения и не надо. Вы только срок укажите, когда ребят разбирать, а женщины сами набегут….»
— Да как же они узнают?
— Очень просто, — отвечает Аннушка, — мы промеж себя скажем. Одна от другой — так и пойдет…
Срок я знал точно: прибытие вагонов в ночь под Рождество. С утра прием на станции.
Пошли мы туда всей комиссией, как полагается Идем и сами не знаем, что будем делать. Глядим, а на станции уж целое женсобрание. Откуда их столько набралось — до сих пор не пойму! Станционный энкаведист меня в сторонку отводит:
— Вагоны в тупике. Оцеплены. Сначала произведите отбор.
— Какой отбор? — спрашиваю.
— Замерзших выделите и оставьте в вагонах. Живых выводите на перрон.