— Ну? — небрежно спросил Прохор. Он знал, что перед ним враг, шантажист, негодяй, что он кончит разговор нахальной просьбой взаймы денег.
— Тайная избушечка на неприступной скале… Туда только птица залетит, — нашептывал пристав; он нарочно говорил шепотом, чтоб не дрогнул в волненье голос.
— Я хотел исследовать, какой мазурик там живет.
— Я эту чертову избушку знаю. И знаю, кто там живет.
— Вот как! А я не знаю.
— Не знаешь? — прищурился на него Прохор. — ,А тебе-то нужно бы знать. Ты — власть. И вообще ты не особенно энергичен. На твое место нужно бы помоложе кого… У меня дело расширяется, рабочие начинают фордыбачить…
— В сущности там живет цыган… — перебил пристав; он никак не ожидал, что разговор примет такое неприятное направление. — А кто этот цыган — пока неясно для меня. Я думаю — взять с десяток стражников, окружить скалу с избушкой, да и сцапать этого разбойника!
— Цыгана?
— Да, цыгана.
— А нет ли у него цыганки? И еще — карлы?