— Мне денег не жаль, плевать. Деньги — сор.
— Ничего не помнишь? — спросил тесть, поддевая из баночки варенье.
— Ничего не помню… Так кой-что… Может быть, со временем и…
— Эх-хе, — ядовито вздохнул Иннокентий Филатыч. — Жаль кулаков, а надо бить дураков…
— Кого?
— Тебя.
Прохор не обиделся.
— Это тебя, парень, куколем опоили, — сказал тесть.
— Им, им! — подхватил Иннокентий Филатыч. — Нешто не знаешь? Травка такая увечная в хлебе растет. У нас она зовется — бешеные огурцы. Память отбивает.
Решили скандала не подымать, все предать забвению, скорей кончить дела, недельку покрутить, попьянствовать да и домой.