А вот и противник! Он не заставил долго ждать себя. Из облака, висевшего над самой эскадрильей, дерзко вывалился японский самолет, пытаясь итти в атаку на куцеваловцев. Но командир знает все повадки врага: этот одинокий летчик выслан вперед специально для того, чтобы расстроить куцеваловскую стаю. Не проходит и десятка секунд, как пронизанный пулями замыкающих самолетов эскадрильи противник, дымя, валится вниз.
Теперь жди главного удара противника.
Проходит менее одной минуты — и на куцеваловских ястребков вываливаются две большие группы японских истребителей. Но одна из них упустила момент и вынырнула из облаков позади эскадрильи; вторая оказалась лоб в лоб с куцеваловцами.
Командир качнул крыльями своей машины и повел эскадрилью прямо на врага. Разлетелись японцы в разные стороны, на них навалились куцеваловские ястребки, и началась веселая «кадриль» в воздухе.
В небе стоял неистовый рев моторов, раздавались короткие пулеметные очереди. В горячей схватке перемешались наши и вражеские самолеты. Где свой, где чужой — трудно разобраться. Только опытный глаз мог заметить, что ястребки наступали, враги — защищались.
Уже после нескольких минут боя начали сыпаться вниз сбитые вражеские машины. То здесь, то там вспыхивали зажженные советскими пулями японские истребители, рождались в небе парашюты выбросившихся из машин неприятельских пилотов…
После тридцатиминутного боя японцы удрали с поля сражения. Более полутора десятков неприятельских истребителей сбили куцеваловские ястребки.
Спасшиеся на парашютах летчики противника сознавались потом, что в этом бою погибли их лучшие, опытнейшие пилоты…