В дни войны с белофиннами подводной лодке лейтенанта Трипольского было дано задание войти в неприятельские воды и произвести там детальную разведку. Советская подводная лодка всплыла на поверхность и в таком положении пошла вдоль белофинского берега.
Лодка была в полной боевой готовности: расчеты стояли у пушек, наблюдатели зорко следили за воздухом. Вдруг штурман, не отрываясь от бинокля, спокойно и четко доложил командиру:
— Прямо за кормой два самолета. Идут на нас… Оба вражеские.
Действительно, с кормы надвигались две вражеские машины. Низкое солнце ярко блестело на их крыльях. Самолеты, повидимому, заметили лодку и шли для нападения на нее.
В иных условиях лодка должна была бы немедленно погрузиться в воду, уйти от нападения, но сейчас сделать это было почти невозможно. Времени оставалось очень мало, да и быстрое погружение обледенелой лодки представляло большой риск.
Командир лодки принял решение: встретить самолеты артиллерийским огнем. Едва самолеты приблизились к лодке, он подал команду:
— Огонь!
Первым ударило носовое орудие. Снаряд разорвался совсем близко от одного вражеского самолета. Враг вильнул в сторону, но командир орудийного расчета Сивогрибов вновь поймал его на нить прицела. Грянул другой выстрел, потом третий. Больше не понадобилось.
Самолет противника закинулся вбок, колыхнулся и повалился на крыло. Затем он попытался выпрямиться и вдруг камнем рухнул вниз. Он упал недалеко от лодки. В воздух взвились сверкающие обломки льда, части разбитой машины. Проломив ледяной покров, самолет ушел под воду.
Второй неприятельский летчик не пожелал разделить судьбу своего товарища и после неудачной атаки бежал.