После разгрома германской эскадры у Фолклендских островов «Дрезден» — один из наиболее скороходных крейсеров — сумел уйти от своих преследователей и, воспользовавшись ночной тьмой, исчез в южной части Атлантического океана. Радиограммы, посланные угольщиками «Баден» и «Санта Изабелла», остались без ответа. Капитан «Дрездена» правильно предположил, что угольщики либо потоплены, либо захвачены в плен. Ввиду недостатка продовольствия, амуниции и угля, а главное из-за отсутствия всякой помощи со стороны морской контрразведки, он решил направиться к водам мыса Горн, в надежде найти там убежище и войти в контакт с агентами германской разведки.
Отчаянное положение «Дрездена» было видно из того, что ему во время этого рискованного плавания угрожала не меньшая опасность со стороны водной стихии, чем от преследователей. Особенно опасным местом был Кокбернский канал
Корабль медленно пробирался сквозь скалистые проходы, а в полдень бросал якорь в каком-либо никем не посещаемом месте. О дальнейшей судьбе «Дрездена» рассказывает «Капитан»:
«13-го днем я узнал, что «Дрезден» грузит уголь в Пунто-Аренас. Я тут же принялся за работу и радировал британским властям о местопребывании судна и о том, что я все время следил за его передвижениями. В тот же день около 8 часов вечера «Дрезден» исчез. Я не мог ничего больше сделать. На следующий день пополудни прибыл английский крейсер, но было уже поздно. Тогда я решил переключить внимание на германский угольщик «Амансис», который там находился с 6-го, нагруженный углем. Он тоже ускользнул! Мне удалось узнать у мулатки, которая была знакома с одним немецким матросом, что «Амансис» ушел куда-то в Тихий океан. Оставалось сделать одно: уведомить власти и предложить отказать «Амансису», когда он вернется, в дальнейшей поставке угля. Это было сделано. Недели через три, в январе, я стал удаленно собирать сведения о «Дрездене» и узнал, что он получил уголь от упомянутых выше двух угольщиков. В течение всего февраля я располагал точными сведениями о пребывании беглеца в разных портах и городах вдоль перуанского и чилийского побережий. В том, что «Дрезден» находился где-то поблизости, я тогда был уверен. Кроме того, имея нужный запас угля, он мог еще брать дань с британских коммерческих судов на торговых линиях. Я тут же вошел в контакт с властями, и крейсер «Кент», которому было поручено разыскивать «Дрезден» на юге, повернул и направился к северу. 8 марта он заметил «Дрезден» в 7–8 милях. Немецкий корабль увидел приближающийся британский крейсер. В течение всего полудня продолжалась погоня по водам Тихого океана. У «Кента» не хватало угля, и ему пришлось отказаться от погони. Он радировал своим коллегам, капитанам «Орама» и «Глазго», что, наконец, нашел «Дрезден», и повернул к Коронелю, чтобы пополнить запас угля. Дни «Дрездена» были сочтены. Снова без угля, без продовольствия и амуниции, он направится по единственно возможному для него маршруту к острову Мас-Афуэра. В тех местах не было никаких средств к тому, чтобы нейтрализовать или интернировать корабль. Надо было вывести «Дрезден» из строя. На расстоянии приблизительно одного километра при ясной погоде был дан залп со всех трех английских кораблей. «Дрезден» ответил двумя залпами, после чего мы увидели, что он весь объят пламенем; его пушки замолкли. Исчез кормовой флат, и на его месте появился белый флаг — знак сдачи. Англичане прекратили стрельбу. Мы видели, как матросы покидали «Дрезден». Как только они достигли берега, раздался страшный взрыв. Когда облако дыма и пламени рассеялось, на том месте, где был «Дрезден», ничего не осталось. Капитан предпочел взорвать корабль, но не отдать его врагу. Таким образом погибло последнее судно тихоокеанской эскадры императорской Германии. Это был последний акт морской драмы».
Глава VIII
Как британская разведка добыла знаменитое письмо Циммермана
Наши приемные и передаточные радиостанции действовали образцово. Во многих случаях мы могли шаг за шагом проследить передвижения неприятельских эскадр, определяя с точностью местонахождение и путь их кораблей. Например, адмирал Шеер, главнокомандующий германским флотом, самый крупный авторитет, на который я могу сослаться, пишет:
«Англичане получали информацию через свои «направляющие станции», которыми они пользовались, и которые были у нас введены лишь гораздо позже… Благодаря им англичане имели крупное преимущество в ведении войны, так как могли получать почти исчерпывающую информацию о местонахождении врага».
Англия перехватывала и легко расшифровывала немецкие секретные радиограммы. Не только Германия, но и весь мир был изумлен, когда впоследствии обнаружилось, что мы знали самые важные германские шифры — генштабов, генерал-губернаторов, посольств и миссий за границей и других, менее важных учреждений. Получение этой информации является триумфом военной разведки.
В конце февраля 1917 года, до вступления Америки в войну, телеграмма агентства Рейтер сообщила миру текст письма германского министра иностранных дел Циммермана германскому послу в Мексике Экхарду: