Котовцы разбили «железную» дивизию Удовиченко, одну из надежнейших петлюровских частей; захватили около четырехсот человек пленных, шесть легких орудий, одиннадцать пулеметов, большой обоз и даже канцелярию. Лихой атакой они сбили и обратили в бегство петлюровских кавалеристов.
Наступление, предпринятое Красной Армией, расстроило все планы петлюровского командования.
В первый же день боев многие из насильно мобилизованных Петлюрой побросали оружие, разошлись по домам или перешли с оружием на сторону красных. Чтобы избежать разгрома и выиграть время, петлюровцы стали отходить.
Конники Котовского, утомленные дневными атаками, сделали привал в деревне Беляны.
Комбриг остановился в большом поповском доме. Здесь Котовский узнал, что в прошлую ночь в этом же доме, на широкой кровати, предоставленной сейчас ему, изволил почивать атаман Фролов, командовавший большим отрядом петлюровской кавалерии. Этот атаман только вчера говорил при всех, что он считает Котовского серьезным противником и мечтает помериться с ним силами.
Котовский и раньше слыхал о Фролове — сыне известного царского генерала, окончившем до революции военную академию.
— Что ж! Если мы встретимся с ним лицом к лицу, буду рад тому, — сказал комбриг. — Я верю в своих орлов!
Утром бригада продолжала наступление. Разведка обнаружила движение кавалерийских частей противника. Котовский решил вступить с ними в бой. В конном строю, с шашками наголо, котовцы атаковали деревню Бендичаны. Не выдержав удара, петлюровцы бежали из нее. Это была та самая хваленая кавалерия, которой командовал атаман Фролов.
Котовцы настигли вражеских конников за Бендичанами. Началась рубка. Ржали и храпели кони, сверкали клинки. Под копытами дрожала промерзшая земля. Протяжные кавалерийские команды и сигналы труб сливались со стонами раненых.
Фроловцы повернули коней. Среди других трофеев было захвачено их знамя. На черном полотне серебром была вышита крупная буква «Ф».