5 мая 1919 года, совершив переправу, в Бендеры ворвалась небольшая группа бессарабских повстанцев. Вот как они доносили об этой операции: «Пять часов утра. Переправа совершена удачно. Румынская застава взята без выстрела. Часовые других постов спали и также сняты. Цепь из сорока штыков, направившаяся в сторону Бендерской крепости, заставила последнюю выкинуть белый флаг о сдаче. Другой небольшой отряд захватил вокзал, откуда без всякого боя бежали жандармы и румынские солдаты».
Но недолго продержались смельчаки в Бендерах. Противник сосредоточил войска; подошло подкрепление, в которое входили и французские роты. Снова выбили захватчики горсточку храбрецов из Бендер.
Румынские и французские батареи часто обстреливали Тирасполь. В это время там находился Котовский. Штаб его кавалерийского отряда помещался в гостинице «Швейцария».
Красные конники охраняли в Тирасполе советский берег. Котовский ждал дня, когда ему разрешат впереди своего конного отряда переправиться через Днестр.
Ежедневно в отряд прибывали добровольцы. Были среди них и перебежчики-бессарабцы, и бывалые кавалеристы-фронтовики… В хату молдаванина Лозинского ворвался румынский офицер. Он потребовал, чтобы хозяин отдал ему свою лошадь. Лозинский долго не раздумывал. Он убил захватчика, а сам с конем переправился на советскую сторону. Он слышал, что советская власть стоит за бедных.
На нашей стороне Лозинский встретился с земляками, которые указали ему дорогу к Котовскому.
…Дошла до крестьянина Костенюка весть о том, что Котовский собирает бессарабцев, и он решил перебраться к нему. Румыны стреляли по реке из артиллерийских орудий. Лед на ней тронулся, как во время паводка. Костенюк бросился в реку; льдины мешали ему плыть, он замерзал. Пули, преследуя его, ложились рядом. Выйдя в заиндевевшем белье на советский берег, он постучался в одну из хат. Его впустили, оттерли спиртом, накрыли одеялом.
Несколько недель бродил Костенюк по селам, пока не встретился с конниками-котовцами. С тех пор он стал котовцем.
…В 1919 году солдат Чорба, бывший чабан и виноградарь, стоял на посту, охраняя румынскую границу по Днестру. Во время обхода офицер ударил его по лицу шомполом. Чорба, бессарабец, насильно мобилизованный румынами, знал, что на том берегу «офицеры» не бьют «солдат». Он схватил винтовку, выстрелил в упор в офицера, вскочил на его коня и пустился вплавь через Днестр. Он тоже нашел себе место в отряде Котовского.
Григорий Иванович радушно принимал перебежчиков-бессарабцев. И сразу же завоевывал их симпатии. Люди доверяли ему свою жизнь. Он рассказывал им о партии коммунистов-большевиков, о Ленине, говорил о том, что придет день, когда Бессарабия снова станет советской. Он говорил о красной Москве, и бойцы безгранично верили своему командиру, имя которого уже давно прославилось в Бессарабии, как имя борца против помещиков и угнетателей.