Хозяин. Прежде всего заплатите.
Лебре. Если здесь притон для преступников, то я не заплачу ни одного су.
Хозяин. Да объясни же своему приятелю, где он находится.
Грассе. Это — странное место! Сюда приходят люди, которые играют роль преступников, — и преступники на самом деле, хотя и не сознающие своей преступности.
Дебре. Как так?
Грассе. Обрати внимание: то, что я сказал сейчас, очень остроумно и могло бы создать успех целой речи.
Лебре. Я ничего не понял из того, что ты сказал.
Грассе. Я ведь говорил тебе, что Проспер был моим директором. И он продолжает разыгрывать со своей труппой комедии, — только уж в другом роде. Мои прежние товарищи, актеры и актрисы сидят здесь за столами и выдают себя за преступников. Понимаешь? Они рассказывают такие истории, что волосы становятся дыбом, но они никогда не переживали их, говорят о злодеяниях, которых никогда не совершали… Приходящая сюда публика испытывает приятную дрожь, воображая себя сидящей среди опаснейших отбросов Парижа — мошенников, воров, убийц и…
Лебре. Какая же это публика?
Хозяин. Знатнейшие парижане.