Тогда наша дама заговорила по-французски. Башибузуки взглянули на нее и усмехнулись. Что означала эта усмешка — я не знаю, но что они не поняли ее французского языка — это было ясно, как Б-жий день. Они перебили ее и, указывая на коз, забормотали:
— Банга зиа ратай галпа.
Подите-ка разберитесь в этих словах!
— Знаете что, — воскликнул националист, — ведь вполне возможно, что и они из наших. Я когда-то читал про таких же евреев, живущих где-то на Кавказе. Они одеваются, как башибузуки, но достоверно известно, что они признают обряд обрезания и говорят по-древнееврейски. Что ж, поговорить с ними по-древнееврейски?
— Конечно! Конечно! — подхватили сионист и ортодокс и заговорили с ними по-древнееврейски.
Но, видимо, кавказские башибузуки смыслили в древнееврейском столько же, сколько понимают в нем английский «реверенд»[4] или казенный раввин маленького местечка… Они выслушали националиста — и снова указали на коз и снова забормотали:
— Банга зиа ратай галпа.
После этого они щелкнули бичами и крикнули:
— Айда!
Мы поняли, что нам приказывают идти.