Эластер и Джон - так звали двух скрипачей, живших в Стратспи. Бедняки из бедняков были эти двое. До того не везло им в последнее время, что решили они податься в Инвернесс. И, уж конечно, в путь они отправились пешком, а не в золоченой карете. А по дороге заходили в деревни и там играли: иногда за несколько пенсов, а случалось, лишь за ужин или за ночлег.
- Надеюсь, в Инвернессе нам больше повезет, - сказал Эластер, когда они были уже близко к цели.
- Во всяком случае, хуже не будет, - сказал Джон, глядя с грустью на свои лохмотья и на большой палец ноги, выглядывавший из башмака.
Но, к сожалению, в Инвернессе их не ждала удача. Когда они добрались наконец до города, наступила зима, и земля спряталась под высокими сугробами снега. Скрипачи достали из футляров свои скрипки и заиграли веселую джигу. Но на улице не было ни души, и некому было их слушать. Добрые жители Инвернесса попрятались по домам и грелись у своих очагов.
- Мы зря стараемся, - вздохнул Джон. - Скрипки в сторону, и поищем-ка лучше, где бы укрыться от этого злющего ветра.
В это время из темноты пустынной улицы вынырнул какой-то старик.
- Добрый вечер, джентльмены, - скрипучим голосом произнес он. - А вы, никак, музыканты?
- Они самые, - ответил Эластер. - Да только в такую ночь вся наша музыка на ветер.
- Ив карманах ветер, и в желудке ветер, - подхватил Джон. - Одно слово: горе мы скрипачи.
- Если согласитесь играть для меня, я наполню и ваши желудки, и ваши карманы, - сказал старик.