Элиза. Верно, у меня вид дурацкий?
Хиггинс. Дурацкий?
Миссис Пирс(в дверях). Пожалуйста, мистер Хиггинс, не говорите ничего такого, что заставило бы девушку слишком много вообразить о себе.
Хиггинс(спохватившись). О! Да, да, миссис Пирс, вы правы. (Элизе.) Прямо черт знает что за вид.
Миссис Пирс. Простите, сэр.
Хиггинс(спеша поправиться). Я хочу сказать: очень глупый вид.
Элиза. С шляпой оно, пожалуй, лучше будет. (Берет свою шляпу с рояля, надевает ее и со светской непринужденностью шествует через всю комнату к камину.)
Хиггинс. Чем не новая мода! А ведь, казалось бы, что может быть ужаснее!
Дулиттл(с родительской гордостью). Скажи на милость, никогда б не подумал, что можно домыть ее до такой красоты! Она делает мне честь. Верно, хозяин?
Элиза. Я тебе скажу, здесь невелика штука ходить мытым. Воды в кране сколько хочешь. Тут тебе и горячая, тут тебе и холодная. Полотенца мягкие, пушистые; а вешалка для них такая горячая, что пальцы обожжешь. Потом щетки такие есть, чтоб тереться; а мыла полна чашка, и пахнет как первоцвет. Теперь-то я знаю, почему все леди такие чистенькие. Им мыться — одно удовольствие! Посмотрели б они, как это у нас делается!