Миссис Хиггинс(представляя). Мой сын Генри.
Миссис Эйнсфорд Хилл. Ваш знаменитый сын! Я так давно мечтаю с вами познакомиться, профессор Хиггинс!
Хиггинс(мрачно, не двигаясь с места). Очень рад. (Облокачивается на рояль и коротко кивает ей.)
Мисс Эйнсфорд Хилл(подходя к нему с доверчивой развязностью). Здравствуйте.
Хиггинс(смотрит на нее, вытаращив глаза). Послушайте, я вас где-то видел. Понятия не имею, где и когда, но голос ваш я тоже слышал. (Насупившись.) Впрочем, это неважно. Что вы стоите? Сели бы куда-нибудь.
Миссис Хиггинс. Как это ни грустно, но я должна сказать, что мой знаменитый сын совершенно не умеет вести себя в обществе. Вы уж его простите.
Мисс Эйнсфорд Хилл(весело). Охотно. (Усаживается в елизаветинское кресло.)
Миссис Эйнсфорд Хилл(несколько озадаченно). Разумеется, разумеется. (Садится на тахту, слева от дочери и справа от миссис Хиггинс, которая отодвинула свое кресло от письменного стола.)
Хиггинс. А что, я нагрубил кому-нибудь? Честное слово, не хотел. (Отходит к среднему окну и, став спиной к гостям, созерцает реку и цветники Бэттерси-парка на другом берегу с таким видом, как будто перед ним вечные льды.)
Горничная возвращается, за ней идет Пикеринг.