Пикеринг. И вы думаете, тут ничего нельзя сделать? Нельзя как-нибудь удалить из ее речи генеалогические ассоциации?
Миссис Хиггинс. Едва ли это возможно, пока она в руках Генри.
Хиггинс(обиженно). Что ж, по-вашему, я разговариваю не так, как принято в обществе?
Миссис Хиггинс. Нет, милый, отчего же; это смотря в каком обществе. На грузовой пристани, например, вероятно так именно и принято; но на званом обеде в Челси обычно разговаривают иначе.
Хиггинс(глубоко оскорбленный). Ну, знаете ли…
Пикеринг(прерывая его). Ну, ну, Хиггинс, вы сами за собой не замечаете. Таких словечек, как ваши, я не слыхал уже лет двадцать — с тех пор как обучал волонтеров в Гайд-парке[22]Гайд-парк — самый известный лондонский парк. Место политических митингов и демонстраций. Открыт для публики с 1635 г..
Хиггинс(надувшись). Если вам угодно, я готов признать, что не всегда изъясняюсь, как епископ с амвона.
Миссис Хиггинс(успокаивая его движением руки). Полковник Пикеринг, может быть вы мне расскажете толком, что происходит на Уимпол-стрит?
Пикеринг(радостно, как будто это совершенно меняет тему разговора). Я теперь там и живу, у Генри. Мы вместе работаем над моей книгой об индийских диалектах, и мы решили, что так нам будет удобнее…
Миссис Хиггинс. Да, да. Это я все знаю; это действительно прекрасная мысль. Но где живет эта девушка?