Эллиот, хмурясь, смотрел вслед удалявшемуся брату.
— Из-за чего ты так раскипятился? — спросил Рузвельт.
— А ты, папа, и не заметил, что раскипятился вовсе не я, а он.
— Вам не о чём спорить.
— Есть о чём!.. Именно тех-то, к кому теперь принадлежит и Франклин, мы, средние предприниматели, и боимся. Они заставят вас покончить с нами.
— Что ты там болтаешь?
— Ваш новый закон им нипочём. Но нам придётся так туго, так туго!..
Эллиот снизу вверх посмотрел в задумчивое лицо отца. Рузвельт прикоснулся пальцем к его лбу.
— Выкинь это из головы. Слышишь: все! Ясно, что этот новый налог, как и всякий новый налог, не всем по душе.
— Но это же смерть для многих!