— Что было, мало меня трогает. Что есть, то есть. Меня не терзает и грядущее в веках — чорт с ними, с веками. Что будет на моем веку — вот единственное, о чём стоит думать!
— Я тоже не имею в виду то время, когда вместо нас землю заселят муравьи.
— Да, я где-то слышал об этом: человечество отыграло свою партию. Оно должно уступить место разумным насекомым. Они призваны освоить землю. Но на кой чорт муравьям то, что я создал? Значит, глупость эти их насекомые!
— Муравьи — глупость, но не глупость мозги и души людей. В сей юдоли им необходимо утешение.
— Из вас вышел бы неплохой священник, Фосс.
— Бог даст, когда-нибудь, когда вам больше ничего не будет от меня нужно…
— Пойдёте в монастырь?
— В этом нет ничего смешного, Джон, — обиженно пробормотал Доллас. — Я всегда был добрым католиком.
Тут раздались удары сигнального колокола, и чей-то звонкий голос прозвучал на всю платформу:
— Поезд президента!