— Пустяки, — сказал он, — все это совершенные пустяки.
— Нет, не пустяки, — упрямо сказала она.
— А я говорю, пустяки… Мы выберемся из этого.
— "Пустяки"! — повторила она несколько громче прежнего, передразнивая Джойса. — Если бы все это было так просто, как ты говоришь, то ты не ездил бы теперь на тракторе, а… — едва уловимая серая полоса её просторного рукава описала в темноте широкую кривую, как безнадёжный взмах крыла, которому не суждено было никуда подняться.
— Лучше на тракторе, чем под трактором, — пошутил Джойс.
— Но лучше на самолёте, чем на тракторе, — в тон ему ответила она.
— Жизнь была бы чертовски проста, если бы человек всегда мог заниматься лучшим из того, что он умеет делать, — нравоучительно проговорил Джойс. И, подумав, прибавил: — Эдаких счастливчиков не так уж много на свете… — В темноте очень громко прозвучал его глубокий вздох. — Конечно, ты права: авиатор должен летать или хотя бы работать на аэродроме, а не таскать трактором плуги.
— И вообще напрасно ты сюда приехал, — сердито сказала она, — здесь места не для негров.
— А ты можешь мне показать в Штатах места для негров? — насмешливо спросил он. — И разве я мог отстать от всей компании?
— Иногда нужно выбирать: компания или жизнь, — жёстко произнесла Мэй.