— Ах, какое кому дело!
— Вы, мама, не понимаете того, что происходит.
— Вы все воображаете, будто я такая уж глупая! А я все отлично понимаю. Мы с Анни переписываем его труд, и как только…
— Посоветуйте ему выбросить все это в печку, прийти к нам, в советскую зону, и публично, прямо сказать: «Я такой-то, я всю жизнь совершал злые, вредные глупости; помогите мне хоть раз сделать что-нибудь умное и доброе».
— Эгон!
— Третьего выхода нет.
— Он говорит, что пройдёт ещё немного времени, и все вернётся к прежнему.
— Глупости!
— Нет, не глупости. Он лучше знает. Он говорит: ещё совсем немного времени, и американцы все приведут в порядок. Тогда у нас снова будет все: и дом, и деньги, и положение, не худшее, чем прежде.
— Мама! — в ужасе воскликнул Эгон. — Подумайте, что вы говорите: служить американцам!