— Вы прибавили ей год, — поправил Кроне. — Значит, завтра утром. И вот что: позаботьтесь о том, чтобы захватить с собой немного продуктов. Чего-нибудь такого, что любят ваши родители. Ведь вы ещё состоите в любимцах мамаши?
— Я вас не совсем понимаю, господин группенфюрер… — озадаченно пробормотал Эрнст.
— Это и не обязательно… Вам нужны деньги? Можете не отвечать: вы достаточно плохо владеете лицом. — Кроне вынул бумажник и отсчитал несколько бумажек. — Вас, конечно, больше устраивают доллары, нежели оккупационные марки?.. Прошу!
Когда Эрнст был уже у двери, Кроне рассмеялся и спросил:
— А почему вы не спросили меня: что общего между нашей операцией и вкусами ваших стариков?
— Вы же сами сказали, что это меня не касается.
— Думали поразить меня выдержкой? Нет, милый мой, это не выдержка, а безразличие.
— Извините, господин группенфюрер.
— Я хочу сказать, что к заданию американцев вы должны относиться так же, как отнеслись бы к нашим. Так слушайте, план прост: вы должны убедить свою матушку пригласить внучку на денёк к себе. Погостить и поесть случайно раздобытых лакомств. Пока девочка будет у бабушки, — одна или с матерью, это не имеет значения, — за нею может прийти сам доктор Шверер. Понятно?
— Почти…