— Вы ничего не можете знать, — сказал Шверер. — Никому из духовных лиц я не докладывал о том, над чем тружусь!
— И тем не менее… — Гаусс улыбнулся. — Могу вас уверить: мы очень многое знаем.
— То же самое любила говорить наша гестапо! — желчно заметил Шверер.
Август Гаусс развёл руками, как бы говоря: «Можете называть это как угодно».
— Мы знаем, что англо-американское командование пока поддерживает ваш литературный труд. У них попрежнему велик интерес к теме похода на восток.
— Для того чтобы сообщить мне все это, вы и пришли?.. — раздражённо проговорил генерал. — Все это я знал и знаю без вас. Я работаю для тех, кто, так же как я, понимает, куда должен быть направлен меч будущей Германии.
— Примите же и нас в число тех, кто думает так, — произнёс Гаусс и сунул руку в карман пиджака.
Шверер увидел пачку узких длинных зелёных банкнот.
— Мы хотим внести свою лепту в великое дело. По указанию пастыря верующих мы должны помочь вам закончить ваш труд: книга должна быть дописана.
— Я и допишу её!