— Счастье, что мы с вами янки, Дуглас. Оказывается, гораздо хуже быть англичанином. Послушайте, что случилось в Тяньцзине…
— Ну, выкладывайте, что вы там «видели собственными глазами», — снисходительно пробормотал Баркли.
— Буквально в двух шагах от сеттльмента китайцы поймали какого-то джентльмена весьма почтенного вида, сняли с него штаны и, дав ему под зад, пустили обратно, в сеттльмент.
— Белого человека?! — сквозь зубы спросил Макарчер, угрожающе приподнимаясь в кресле.
— Правда, они тут же сжалились над ним и отдали ему штаны. А когда наш консул поднял бум…
— Что вы сказали? — выходя из себя, прорычал Макарчер. — Наш консул? Так дело шло об американце?!
— Китайцы принесли извинения: толпа приняла того джентльмена за англичанина.
Все присутствующие, кроме Макарчера, рассмеялись. Генерал же сердито оглядел собеседников.
— Сегодня с американца спускают штаны по ошибке, а завтра спустят без всякой ошибки… В этих местах престиж белого человека должен стоять так высоко, чтобы никто не смел поднять на него руку.
— Всякого белого? — спросил Буллит и насмешливо сощурился. — И русского тоже?