Дом на Мясницкой, куда мы приехали, был действительно большой.
Человек со стеклянными глазами
Дом на Мясницкой занимал задворки чуть ли не целого квартала. Виднелось не меньше десятка подъездов.
Хотя пятнадцать минут тому назад Фаншетта заявила, что нетвёрдо помнит адрес брата, теперь она совершенно уверенно шла к подъезду и спокойно поднималась по лестнице.
По брошенному мне выразительному взгляду Кручинина я понял: уверена, что «братец» улизнул.
«Тем хуже для нас», — подумал я.
Едва Фаншетта дотронулась до кнопки звонка, как дверь распахнулась. Перед нами был мрачный зев совершенно тёмной прихожей.
Фаншетта отшатнулась, словно никак не ожидала, что дверь может отвориться. Кручинин смело шагнул в темноту. По выработанной у нас с Кручининым системе я тотчас остановился так, чтобы загородить выход, но дверь и без того уже захлопнулась за моей спиной. Одновременно в передней вспыхнул свет, и мы очутились лицом к лицу с сухощавым мужчиной среднего роста. Его бледное лицо с правильными энергичными чертами было обрамлено аккуратно подстриженной бородой. Лишённые всякого выражения серые глаза хозяина неподвижно уставились в лицо Кручинина.
— Вы удивлены? — спокойно спросил Кручинин.
Хозяин ничего не ответил.