Едва Кручинин отворил дверь, я не мог удержать сам собою сорвавшийся вопрос:
— Что он сказал?
Кручинин мгновение смотрел на меня с недоумением, словно я и без него должен был знать всё.
— Он сказал, что не виновен, но о том, где был той ночью, — ни слова… Он воображает, будто я не узнаю это я без него. Одевайся!
— Послушай, я голоден. Давай пообедаем.
— Хорошо. Я поеду один.
Я поспешно схватил шляпу, и мы пустились к автомобилю.
— Куда же ехать? — спросил я в недоумении.
Последовало загадочное:
— Пока прямо.