Страстная недоля. Четверг, 28 марта.
Кудиновича выпустили, я была в то время в Петербурге, он пришел к нам такой радостный, такой праздничный; я приняла его сухо. Я это только поздно заметила и пожалела. Не то чтобы совсем сухо, но не так радостно, как он, как будто равнодушно, а между тем я не была равнодушна.
Четверг, 4 апреля.
Полонский хочет на лето нанять в Гатчине (вот было бы хорошо) дом.
«Найми, дядя, — говорю я вчера, — если ты хочешь, если это доставит удовольствие».
«Найму, тетка», — отвечает дядя.
Между тем он также едет в Москву и в деревню к Тютчевым; и в деревню к брату своему Дмитрию.
Потом, нанять в Гатчине он может в таком только случае, если получит место младшего цензора (иностранный цензор)[269] и две тысячи пятьсот рублей жалования без квартиры, которую тогда сам будет нанимать.
Когда Полонский сделается цензором, немецкие книги цензуровать буду я.
Пятница, 5 апреля.