Но Дмитрий сказал:
— Братья, лучше честная смерть, чем позорная жизнь. Перейдем за Дон и все там положим свои головы за братьев наших!
И Ольгердовичи его поддержали.
— Если перейдем на ту сторону, — сказали они, — воины будут знать, что отступать и бежать некуда, что надо только победить или лечь костьми.
НА ПОЛЕ КУЛИКОВОМ
7 сентября, в пятницу, русское войско придвинулось к самому Дону и к речке Себенке. Дмитрий велел нарубить деревьев, наломать хвороста в окрестных дубравах и наводить мосты для пехоты. Конница же должна была перейти вброд.
Вскоре прискакал со своим отрядом разведчиков воевода Семен Мелик, только что бившийся с передовыми татарскими всадниками.
— Мамай перешел Дон, стоит на Гусином броду, одна ночь пути между нами! — сказал он.
Хан спешил помешать русским перейти Дон до прихода Ягайло. А литва, жмудины и шведы уже шли от Одоева навстречу орде.
К ночи русские перешли Дон и расположились на лесистых холмах при впадении в него Непрядвы.