Секретарь задумчиво наблюдал за его действиями. Его задумчивость росла по мере того, как видел, что каждый предмет используется для особенного действия.
Когда первый луч солнца проник в зарешеченное окно, стали слышны разговоры и бряцанье оружия, доносящиеся из внутреннего двора тюрьмы. В коридоре раздались шаги.
Секретарь поднялся:
— Господин граф:
— Собственно, я уже закончил, — ответил аббат, полируя ногти мягкой шкуркой.
Лязгнули засовы.
— Идемте, — сказал Александр Сегюр-Монтфокон, выбрасывая шкурку и направляясь к дверям.