Я услышал много необычного. Но, мне кажется, о еще большем умолчали. Замолчали все то, что казалось им невероятным. Обычные люди не представляют, какие невероятные истории приходится выслушивать таким, как я, о фантазиях, пробужденных неожиданными экспериментами.
Как и императрица Екатерина, мадам Васильская любила искусство. Оставила превосходную коллекцию картин, в основном от Гойи до Ван Гога. Жанровые полотна. Натюрморты, пейзажи или портреты ее не интересовали.
В коллекцию входил шикарный набор тематического фарфора. Афродита, нимфы, наяды, грации — работы мастеров Мейсена, Севра и Вены.
Но мадам Васильская любила не только искусство — подобные страсти порождают сильнейшую любовь к жизни.
У нее бывали недюжинные прихоти. Как и Екатерина Великая, она любила молодых парней. Иногда переодевалась в мужское платье и бродила по парижским улицам в поисках приключений. Снимала апартаменты в отелях и устраивала там оргии. Эти гулянки на несколько дней приковывали внимание всего светского Парижа.
Она была жестока. Ни одна горничная не выдержала, не смогла прослужить у нее достаточно долго. Подобно римским матронам могла уколоть служанку шпилькой или прижечь лицо щипцами для завивки. В отличие от античных коллег, парижские служанки не считали себя обязанными стойко сносить жестокость хозяйки.
Показательным было происшествие с молодым пекарем. Мадам увидела парня из пекарни, который приносил хлеб в ее дом. У него была очень красивая шея, которая очень понравилась мадам Васильской. Попросила парня позволить трижды укусить его за горло. Поскольку свою просьбу подкрепила значительной суммой, он согласился. После второго укуса выскочил с воплями из комнаты. Потом парень долго болел, и ни за какие деньги не соглашался прийти в дом русской.
Вот такой была моя благодетельница.
Надо признать, что я обитаю в сенях перед местом упокоения неординарной женщины. Под гладким холодным мрамором упокоился на редкость горячий темперамент.
Вчера начал работу.