— Теперь, когда выпал снег, не имеет смысла отыскивать кутенаи, — сказал я.
— Верно! — согласился Питамакан. — Они увидят наши следы на снегу и быстро нас догонят.
— Он замолчал и даже не хотел отвечать на мои вопросы. Притих и я, но не надолго. Тревога моя возрастала с каждой минутой, я не мог молчать.
— Не лучше ли нам сейчас же отправиться в путь? — предложил я. — Попробуем перевалить через горный хребет.
Питамакан покачал головой.
— Ни один человек не может перевалить через горы, пока не настанет лето. Нас застигла зима. Смотри, здесь снег доходит нам до колен, а там, наверху, мы увязнем по самые плечи.
— Ну, значит, мы здесь умрем! — воскликнул я.
Вместо ответа он снова затянул песню койота. Глухо и заунывно звучал его голос в маленькой низкой пещере. Несколько раз пропел он эту охотничью песню. Мне стало жутко, я хотел, чтобы он перестал петь, но, вглядевшись в его лицо, я увидел, что он сосредоточенно о чем-то думает. Быть может, пение помогало ему собраться с мыслями. Наконец он оборвал песню и с улыбкой повернулся ко мне.
— Теперь я знаю, что мы должны делать!
— Что же? Говори скорей, — попросил я.